Але наш галоўны герой — гарадскі. Выкладчык універсітэта Антось страчвае вернага сябра, бігля Аргуса. У той жа час жонка вырашае, што іх шлюб сябе вычарпаў. Шукаючы нейкага хобі, каб заняць галаву, Антон пагаджаецца дапамагчы знаёмай і разабраць тэкст загадкавых сшыткаў, знойдзеных на гарышчы ў адной з вёсак непадалёк ад Прорвы – балота, ля якога жыў і дзед галоўнага героя. Сшыткі пісаныя...

Opus magnum Альгерда Бахарэвіча, забароненага ў Рэспубліцы Беларусь раману «Сабакі Эўропы». Кнігі пра ўладу мовы і мову ўлады, пра Беларусь як еўрапейскую выспу і Еўропу як беларускі лёс, пра вечную таямніцу творчасці і чалавечую апантанасць. Раман складаецца з шасьці вялікіх гісторыяў, сплеценых у адну. Што злучае вёску Белыя Росы-13, якая знаходзіцца на тэрыторыі...

Мария Данилова — финалист премии имени Крапивина.— «Двадцать шестой» — теплый и ностальгический роман о взрослении в эпоху перестройки.— Это книга о тех, кто успел побывать октябрятами, но уже не должен был обязательно вступать в пионеры, история о пробуждении, надеже, преодолении и обретении свободы.— Первые иномарки, кооперативные кафе, гласность, талоны, перестройка, вкладыши от...

In Intent to Destroy, political scientist Eugene Finkel uncovers these deep roots of the Russo-Ukrainian War. Ukraine is a key borderland between Russia and the West, and, following the rise of Russian nationalism in the nineteenth century, dominating Ukraine became the cornerstone of Russian policy. Russia has long used genocidal tactics—killings, deportations, starvation, and cultural...

Эти парень и девушка знакомы с детства и еще могут полюбить друг друга, но им придется стать врагами…По жребию они должны участвовать в страшных "Голодных играх", где выживает только один — сильнейший.Пока в жестоком квесте остаются хотя бы какие-то участники, Китнисс и Пит могут защищать друг друга и сражаться вместе. Но рано или поздно кому-то из них придется пожертвовать жизнью ради...

The professor's heart is an encyclopedia of passions hidden behind bibliographies and notes. In ‘Doctor Seraphicus’ it pulses in unison with the explosive waves of history. It rushes to classrooms and libraries, but cannot avoid parks and fashionable cafes, cozy ravines and wild alleys. Is it difficult to come across a hipster in the 1920s? What is easier - to fall in love with such a girl...

Motanka is a collection of short fiction by Ukrainian writers about women's experiences of war and the incredible powers that manifest themselves in special circumstances. Fantasy, magical realism, steampunk, and even post-apocalypse; events that take place both in ancient times and in the days of modern war, in recognizable worlds or completely fantastic reality. These are twelve stories...

Odesa, where only furious storms from the sea flew in. Ukrainian cinema, fresh and bold, like a cabin boy on a tall mast. Young people who are looking for themselves and find — friendship, love, loyalty, courage. A director, an artist, a ballerina, a sailor, Odessa fishermen, port girls, a film factory director, a schooner owner. A subtle love intrigue, the spirit of romance and creative...

Большая семья Бурлюков после революции и Гражданской войны разделилась — часть семьи навсегда покинула Советскую Россию, часть осталась на родине. То же случилось и с семьей и обширным кругом друзей Сони Делоне. Но, несмотря на закрытые вроде бы границы, переписка в обеих семьях не прекращалась годами, и основным мотивом бесконечных писем был спор уехавших с оставшимися — об оправданности...

Die Stadt Berlin rückte im 20. Jahrhundert nur allzu oft ins Zentrum des Geschehens. Berlin war eine monarchische, eine demokratische, eine faschistische und eine sozialistische Hauptstadt. Von hier aus wurden zwei Weltkriege in die Welt getragen, die mit großer Wucht auf die Stadt zurückfielen. In Berlin erlebte der Kalte Krieg seine Zuspitzung, bevor er hier sein symbolisches Ende fand. Die...

Between Anti-Fascist Society, Socialist Utopia and Lived Jewishness: What did it mean to be Jewish in the GDR? After the Shoah, many Jews made the conscious choice to live in East Germany, to be part of building a new, more equitable socialist society, hoping for greater justice and to overcome antisemitic structures. This volume looks at what became of their ideals, how Jewish life was newly...